Сайт joomix.org
Главная
Понедельник, 12 июня 2017 12:04

Пока Египет не разлучит нас. Глава 15.

Автор
Оцените материал
(8 голосов)

Всё когда-нибудь заканчивается, вот и наша история подходит к концу. Представляю вашему вниманию предпоследнюю главу романа «Пока Египет не разлучит нас» от его автора- Марии Солодовник, в которой жизненные обстоятельства оказываются сильнее героев. Не упустите возможность в последний раз прожить с Дарьей, нашей любимой героиней, ее не простую историю любви, счастья и разочарований в Хургаде.

 1 глава "Побег" 
 2 глава "Хургада- это там где  ветер..."
 3 глава "Первые слезы"
 4 глава "Оазис"
 5 глава "Мама Роуз"
 6 глава "Зазеркалье"
7 глава "Сан Стар"
8 глава "Пицца-паб"
9 глава "Скарабей"
10 глава "Рамадан"
11 глава "Август"
12 глава "Дахар"
13 глава "Эль Каусер"
14 глава "Дождь"
15 глава "Катастрофа"

Катастрофа.

Проливной дождь прогнал прочь удушающий зной и ознаменовал приход осени. Умытая и посвежевшая Хургада обрадовалась наступившему мягкому теплу, и вновь расцвела. Ничем неприметные ранее кустарники одновременно выбросили розовые, жёлтые, белые цветы и преобразились до неузнаваемости. Нагретое за лето море всё ещё оставалось тёплым, как парное молоко. И если бы не комары и мухи, которые стали особенно злобными и докучливыми, готовясь к зимней спячке, то можно было бы сказать, что в Египет пришло лучшее время года – бархатный сезон.


Дарья сидела в беседке напротив одного из отелей группы «Корал Си», наблюдая, как небольшая пёстренькая бабочка перелетала с цветка на цветок, и чувствовала себя воином, сложившим свои боевые доспехи и готовящимся уйти на покой. Больше не нужно было бояться домогательств безнаказанных менеджеров, выпрашивать у бухгалтеров свою зарплату, и прятаться от очередного рейда полиции, нагрянувшего в гостиницу с проверкой документов. В качестве трофеев, у неё в кошельке лежала пачка хрустящих купюр по пятьдесят евро – её зарплата за два месяца, которую она только что отвоевала в кассе отеля. Через пару часов наступит конец её последней рабочей смены в «Сан-Стар», она займёт своё место в «леди-басе» и распрощается со всеми, кто ещё остался там работать. Да, обстоятельства снова сложились в её пользу, и она наконец-то сменила отель.


А началось всё с того, что в отеле «Сан-Стар» произошла кража довольно крупной суммы денег из номера русской туристки. Собственно, кражи случались в этом отеле довольно регулярно. Настолько регулярно, что эти случаи уже не удивляли никого, кроме самих туристов. Обычно в таких случаях обиженному туристу давали вежливый ответ, мягко намекая, что он сам виноват в том, что не уберёг свой бумажник, а уборщика, ответственного за уборку комнаты, где случилась пропажа, просто выгоняли с работы. Но на этот раз возмущённая гостья подняла такой скандал, угрожая всеми возможными судами, что руководство отеля предпочло замять шумиху, вернув ей всю заявленную сумму. Правда, деньги эти достали не из кармана генерального менеджера и не из гостиничного бюджета. Их решили вычесть из зарплат сотрудников тех отделов, которые имели хоть какое-то отношение к той злополучной комнате. Часть суммы вычли из зарплат сотрудников хозяйственной части, часть суммы сняли с ресепшионистов, и почему-то тридцать семь долларов – с отдела гест-релейшнз. Откуда взялась эта странная, ни на что неделимая сумма – никто объяснить так и не смог.


– Не спрашивайте ничего, – говорила своим подчинённым супервайзер Дина, которая всегда и при любых обстоятельствах демонстрировала свою лояльность к отельному руководству. – Это просто нужно принять и всё. Тем более что все остальные отделы заплатят гораздо больше, чем мы. А тридцать семь долларов на шестерых – не такая уж и большая сумма.
– Даже если бы с нас сняли по одному доллару, всё равно это несправедливо! – возмущались девушки. – Ведь мы никогда не заходим в комнаты одни, а инспекцию проводим только в комнатах, приготовленных к новому заезду.
Но никто и слышать не хотел их аргументов, и этот случай стал последней каплей, переполнившей чашу терпения всех сотрудниц отдела. Девушки стали дружно рассылать свои резюме по отелям Хургады и Макади и вскоре они, одна за другой, объявили о своём скором увольнении. Дарью также пригласили на собеседование в соседнюю группу отелей в Макади Бэй, и жизнь её снова закружилась в калейдоскопе новых событий. За собеседованием последовал медосмотр – обязательное условие для получения рабочей визы – а затем и официальное предложение о работе. Оставалось только получить зарплату в «Сан-Стар», которую она не видела уже два месяца.
– Сначала подпиши эту бумагу, – ухмыльнулся Валид, восседая в кресле зам. начальника отдела кадров.
Дарья глянула на документ:
«Настоящим подтверждаю, что все выплаты, надлежащие мне, в том числе, заработная плата, компенсация за съём жилья и прочие выплаты, получены мною в полном объёме и что претензий не имею».
– Как я могу подписать такое? – Возмутилась Дарья. – Вы же мне за жильё ни разу не заплатили и зарплату должны за два месяца.
– Сначала подпиши, потом заплатим, – ответил ей Валид.
Не желая продолжать этот бессмысленный диалог, Дарья только пожала плечами и выбежала из отдела кадров прямиком в кассу, где уже собрались её сотрудницы: в отеле начали выдавать зарплату за позапрошлый месяц.
– Распишитесь и получите, – сказал ей кассир по-английски.
– Но я увольняюсь, – сказала Дарья, пересчитывая купюры. – Я ухожу работать в другой отель, и у меня не будет времени приезжать сюда снова. Мне нужны все мои деньги сейчас же!
– У меня нет такого распоряжения от отдела кадров, – прищёлкнул языком кассир.
В эту минуту у Дарьи зазвонил телефон.
– Дарья, вот послушай меня! – Снова кричала ей в трубку супервайзер Дина. – Ты получишь все свои деньги, как только подпишешь эту бумагу. Так все поступают, это такая система!
– Эта ваша система! – закричала в сердцах Дарья.
Она никогда не была любительницей крепких выражений, но на этот раз вспомнила их все, какие только знала на английском языке и, выругав и систему, и всех начальников, бросила трубку и демонстративно обратилась по-русски к сотрудницам, которые, сидели тут же и созерцали всю эту сцену, раскрыв рот от удивления:
– Я, наверное, пойду отсюда. Приду за зарплатой, так и быть, в другой раз. Но уже с полицией. У меня есть там кое-какие знакомства, наверное, пришло время ими воспользоваться.
Может, кассир-египтянин, не знал и слова по-русски, но слово «полиция» не могло ускользнуть от его внимания.
– Мадам, прошу вас, успокойтесь! – Залебезил он вдруг. – Вы получите все свои деньги. Вот, смотрите!
И, как по волшебству, кассир снова открыл свой сейф и достал оттуда пачку денег.
– Вот так, – приговаривал он, отсчитывая нужную сумму, – так хорошо? Только распишитесь в получении.
И вот наконец-то борьба окончена. Впереди ожидает спокойная, размеренная жизнь в респектабельном районе Хургады, новая, вполне легальная работа в хорошем отеле, и любовь, которая несмотря ни на что окрыляет и даёт силы чувствовать себя почти всемогущей… Она и сама ещё не понимала, как относиться к вихрю страстей, неожиданно закруживших её в этом любовном романе. Но сейчас Дарья знала только одно: в её жизни больше не осталось места для борьбы, и она наконец-то позволит себе быть счастливой. По крайней мере, сейчас, пока живёт в этом чудном «городе сладкозвучных сирен».

***

Утро 31 октября ничем не отличалось от нескольких предыдущих, которые Дарья успела провести на новом месте работы. Возле стойки ресепшен, как всегда, толпились вновь прибывшие туристы, жаждущие как можно скорее получить свой лучший номер в отеле. Уже проживающие здесь гости подходили к столику гест-релейшнз со своими вечно повторяющимися вопросами. Из репродуктора под потолком, как всегда, тихонько звучали хиты 90-х, а из ресторана напротив ресепшен пахло утренним кофе и круассанами. Дарья, сидела за рабочим столом в лобби отеля, и сосредоточенно проверяла списки VIP-гостей. Вдруг вся эта картинка на мгновение застыла, а Дарья услышала новость, которая впоследствии разделила привычный распорядок жизни всех, кто жил на курортах Египта, на «до» и «после»:

– В Шарм-ель-Шейхе разбился самолёт с русскими туристами. Сообщают, что погибло около двухсот двадцати человек.
Какое-то время Дарья молча смотрела на Линду, сообщившую ей эту новость, и только хлопала глазами, пытаясь осознать всю важность произошедшего события. Она набрала в поисковике: «Новости сегодня». Все новости сообщали об одном:
«Утром 31 октября в Египте упал самолёт, следовавший рейсом 9268 из Шарм-эль-Шейха в Санкт-Петербург. Все 224 пассажира и члены экипажа погибли»
А чуть позже, когда все, от туристов до носильщиков, уже сказали друг другу «А вы слышали…», выяснилось, что тот злополучный рейс выполнял самолёт компании «Когалымавиа», что пропал он с экранов радаров через 23 минуты после взлёта, что упал самолёт посреди пустыни на Синайском полуострове, и что причиной катастрофы была не техническая неисправность, а терракт…
Пассажирами рейса 9268 были обычные люди, летевшие домой с отдыха. Многие из них летели семьями, с маленькими детьми или пожилыми родителями. Они отпраздновали годовщины семейных событий или провели в Шарм-Эль-Шейхе свой медовый месяц, быть может, кто-то из них целый год откладывал деньги на долгожданный отпуск, а самая маленькая двухлетняя пассажирка ещё только начинала познавать этот мир – смерть над Синайской пустыней не пощадила никого из них.


Но никто и представить себе не смел, чем обернётся эта трагедия для миллионов простых людей, так или иначе связанных с египетским туризмом.
Шестого ноября Россия ввела запрет на полёты в Египет – «из соображений безопасности». Туроператорам было настоятельно рекомендовано приостановить продажу путёвок. Туристов в срочном порядке стали забирать из всех египетских отелей. Следуя указке властей «всех забрать, никого в Египет не пускать», Россия начала отправлять во все курортные города пустые самолёты, чтобы забрать домой своих граждан, до последнего туриста.


Никогда ещё Дарья не видела в своей жизни что-либо подобное и просто отказывалась верить в то, что каждый день наблюдала собственными глазами. Ей всё казалось, что она видит какой-то абсурдный, кошмарный сон и что стоит только подождать ещё немного, как снова всё встанет на свои места. Но новостные ленты всевозможных интернет-изданий, телевидение и даже её бывшие сотрудницы, успевшие разбежаться по другим гостиницам и СПА-салонам, одна за другой, сообщали ей то же самое:
– Россия закрывает все рейсы в Египет. Туристов будут забирать домой. Верить в лучшее, конечно же, надо, но без россиян нам здесь делать нечего.
В считанные дни жизнь отеля преобразилась до неузнаваемости, и теперь гест-релейщнз с утра до позднего вечера приходилось заниматься проблемами отъезжающих русских туристов. Гости толпами атаковали столик гест-релейшнз, спрашивая об одном и том же: а не забудут ли про них «чужие гиды», если их отправят домой другим рейсом, какие наклейки нужно делать на багаж, чтобы его приняли при посадке, и будут ли досматривать ручную кладь в аэропорту.
Но были среди них и такие, кто восприняли эту новость совершенно спокойно и даже с энтузиазмом:
– А как же, нужно ведь Крым поднимать. Да и в Сочи туристы нужны, чего деньги из страны вывозить! Видели бы вы, какую инфраструктуру отгрохали там к Олимпийским играм, не пустовать же ей теперь! И пусть сначала египтяне меры безопасности примут, а потом уже туристов принимают. Всё правильно делает наш Президент. Да ему памятник при жизни поставить надо за такую заботу о стране!
Дарья не имела права спорить с гостями отеля, поэтому она просто молча глотала комок, который подкатывал у неё к горлу от таких славословий.
«Да гори они все синим огнём, эти политики! Все до единого, кто забрал у меня и ещё у тысяч таких, как я, надежду на лучшее будущее у себя на Родине, а теперь отбирают и кусок хлеба здесь, в Египте», – ругалась она про себя, стиснув зубы, чтобы не закричать всё это вслух.

***


Дарья взяла ещё один оранжевый плод, сочный и терпкий на вкус. Начался «оранжевый ноябрь» – сезон хурмы и мандаринов. Мандарины она покупала в овощной лавочке на их улице в Эль Каусере, у продавца, которого уже считала «своим». Он хорошо говорил по-русски, с удовольствием разговаривал с покупателями о жизни, и даже когда Дарья просто проходила мимо, всегда махал ей рукой и желал хорошего дня. Накупив у него целый пакет овощей и фруктов, Дарья по вечерам после работы устраивалась в кресле перед телевизором с тарелкой мандаринов, и комната наполнялась уютным цитрусовым запахом. А хурму она иногда привозила из гостиницы. В её памяти всё ещё были свежи воспоминания о том, как в одном из отелей «Корал Си» сотрудница попала под служебное расследование за пару апельсинов, обнаруженных у неё в сумке охраной на выходе. Но в «Престиж Резорт энд СПА» унести с собой несколько фруктов из ресторана не считалось преступлением. Тем более что столы там просто ломились от яств. Попав на новое место работы, Дарья не могла нарадоваться разнообразию блюд, чистоте белоснежных скатертей и салфеток, предупредительности официантов, да вообще тому, как организована работа в отеле. А с отъездом русских туристов, руководство решило, что пришло время поднять стандарты качества услуг, и кулинары отельных ресторанов день ото дня стали поражать публику своим искусством. Жареные перепела и крабы, мясные деликатесы и сыры, всевозможные безе и бисквиты, слоёные и заварные пирожные, затейливо выложенные горки фруктов и несколько видов мороженого в баре у бассейна – всё это богатство было призвано поднять статус компании и привлечь побольше туристов, пока россияне не вернутся в отели.
– Я искренне верю, что господин Президент не допустит банкротства тысяч туристических компаний в России, а также всего туристического бизнеса Египта. – Говорил на собрании фронт-офиса мистер Йохансон, генеральный менеджер всей группы отелей – моложавый швед, прекрасно владеющий английским языком.
«Как же выгодно он отличается от Джека, – вспомнился Дарье их генеральный менеджер отелей в «Корал-Си». – «Этот мистер Йохансон немного похож на одного из певцов группы «Модерн Токинг» времён их сценической славы, и явно рисуется перед собранием симпатичных сотрудниц, но всё же такому менеджеру хочется верить, не то что тому клоуну».
– Более того, – продолжал мистер Йохансон, – я думаю, что сейчас самое время усилить наш потенциал и усовершенствовать то, что мы имеем. Возьмём, к примеру, СПА-салон, находящийся на территории нашего отеля. Он работает, но качество его услуг оставляет желать лучшего. И если мы разберёмся, что именно там нужно усовершенствовать, то от этого выиграют все – и салон, и отель, и туристы. Поэтому, я сейчас же распоряжусь, чтобы каждая гест-релейшнз получила бесплатно одну процедуру в подарок.
Все присутствующие радостно зашумели и захлопали в ладоши.
– Но это не просто подарок, – продолжал он. – Вы испытаете на себе качество услуг и напишете отзыв с указанием обнаруженных недостатков.
– А потом мы их исправим, – добавила с улыбкой пожилая дама, которая всё время сидела молча рядом с генеральным менеджером.
– Да, кстати, разрешите представить нашего нового менеджера по контролю качества – это госпожа Эльза. Она приглашена из Германии специально, чтобы улучшить качество наших услуг, поэтому все свои замечания можете направлять ей. А, кроме того, мы открываем вакансию администратора СПА-салона. Так что если кто-нибудь из ваших знакомых владеет английским, немецким и русским языками, коммуникабелен и ищет работу, то мы готовы её предоставить.
Такой оптимизм не мог не вселять надежду. Однако реальность показывала совсем иную картинку. Как бы ни старались все работники и их менеджеры, туристов становилось всё меньше и меньше. За статистикой наполняемости отелей следили каждый день, как следят за сводками потерь с фронта, и со средины ноября стало совершенно понятно, что два отеля из трёх, находящихся в группе «Престиж Резорт энд СПА», нужно закрывать. Маленький «Грин Корнер» остался почти совсем без гостей, а «Смарт», хотя и был чуть побольше, но всё же его наполняемость не достигала даже тридцати процентов. И руководство приняло решение поселить в пятизвёздный «Премьер» всех туристов, забронировавших номера в другие два отеля. Те, кто работали в «Премьере», обрадовались этой новости, надеясь, что их не уволят и не отправят в неоплачиваемые отпуска. Гости же, как оказалось, не все были рады такому «повышению категории номера». Многие из них – пожилые немецкие фрау и их супруги – годами ездили в один и тот же отель и так привыкли к небольшой уютной территории «Грин Корнер», что наотрез отказывались осваивать просторы «Премьера». И гест-релейшнз требовалось приложить немало дипломатических усилий, чтобы убедить их переселиться в другой отель.
А говорить с ними нужно было исключительно на немецком языке. Недаром генеральный менеджер в своей речи на собрании упомянул о том, что тому, кто захочет устроиться сюда на работу, нужно будет владеть немецким. После отъезда русских туристов, гостей из Германии стало большинство, и они даже обижались, если к ним обращались по-английски.
– Ich habe eine Frage, – говорили они, подойдя к столику гест-релейшнз и ничуть не сомневаясь в том, что их длинная тирада о впечатлениях от пребывания в отеле «Премьер» будет понятна всем, кто их слушает.

Дарья никогда не учила немецкий, и всё, что она могла сделать в такой ситуации – это следить за выражением лиц немецких гостей и, стараясь уловить их настроение, тоже улыбаться или сочувственно кивать в ответ. Наконец, она выучила по-немецки фразу «Обратитесь, пожалуйста на ресепшен» и стала отвечать ею на все вопросы. Но, к сожалению, этот трюк быстро разоблачили, и кто-то пожаловался на «гест-релейшнз, которая ничем не может помочь». Дарью, а также других её сотрудниц, не владеющих немецким, попросили поменьше бывать за столиком в лобби, чтобы не раздражать немецкоязычных гостей. В воздухе повисло тревожное ожидание грядущих перемен.

***

Ещё не наступил рассвет, когда Дарья и Сафи проснулись от страшного шума, раздающегося с лестничной площадки у их двери. Кто-то изо всех сил колотил в дверь и по-арабски требовал её открыть.
– Приготовь свой паспорт с визой, а я достану контракт на съём нашей квартиры, – шепнула Сафи, – Возможно, это полиция делает обход и ищет нелегальных мигрантов.
Наскоро накинув своё долгополое облачение для молитв, она уже приготовилась встретить непрошеных гостей и на всякий случай посмотрела в глазок.
– Можешь расслабиться, – сказала она через несколько минут. – Это не к нам.
На этот раз их опасения оказались напрасными: шум поднял бывший сожитель их русскоговорящей соседки.
– Верни мне мои вещи и деньги! ¬– закричал он на ломаном английском. – Сейчас же!
В ответ послышался тяжёлый грохот выставленного на площадку чемодана, стук захлопнувшейся двери и визгливый женский голос:
– Убирайся, чтоб я тебя не видела!
За несколько месяцев жизни в этом доме Дарья успела привыкнуть к своей громогласной соседке, и нисколько не удивилась такому повороту событий. Женщина была из тех, о ком говорят «бой-баба». Она воспитывала двоих детей, тянула на себе всё домашнее хозяйство и работу, и что бы ни делала, все свои действия сопровождала громкими криками и требованиями немедленно исполнить её приказания. Дарья никогда не видела эту женщину и не знала, как она выглядит, но тонкие стены египетского дома не умеют хранить секреты, не говоря уже о более шумных событиях. И потому Дарья знала, что работает их соседка бухгалтером в каком-то магазине, что с работы она приходит в шесть часов вечера, а уходит на работу около восьми утра, что её старшую дочку зовут Марина, а младшего сына – Абдалла. И даже когда у них дома появился щенок со всеми своими шалостями, а мальчик сбил коленку, катаясь на велосипеде, то об этом также знали все соседи. Все эти житейские сцены разом проплыли перед внутренним взором Дарьи, и она облегчённо вздохнула, поняв, что беседа с полицией в это утро им не грозит.
– Поджалюста, верни мне деньги, – взмолился тем временем египтянин по-русски. От его напористости уже не осталось и следа. – Я домой уезжаю, мне деньги нужны.
Кризис расползался по египетским курортам, как злокачественная опухоль. Начавшись в Шарм-ель-Шейхе, где произошла трагедия, его метастазы быстро дошли и до других городов, живущих за счёт приезжавших на отдых россиян. Туристов в Египте становилось всё меньше, и отели начали массово закрываться, отправляя своих сотрудников в бессрочные неоплачиваемые отпуска. Первыми почувствовали на себе последствия кризиса отельные представители российских тур. операторов – тур. лидеры и гиды. Их отозвали с рабочих мест в первые же дни после запрета рейсов из России, а за ними потянулись обратно в свои провинциальные дома и простые работники – официанты, уборщики, носильщики и сантехники.
– Представляете, вот сижу я сегодня тут с вами и в последний раз наслаждаюсь этим божественным тирамису, а завтра меня уже здесь не будет, – говорила за ужином в отельном ресторане гид компании «Пегас» Таня, которую все в «Премьере» называли не иначе как «Таня Пегас». Она жила в общежитии при отеле, и очень дорожила своим рабочим местом. Туристы верили ей, как верят дети нянечке в детском садике, и то, что её вдруг отозвали обратно в Москву, и в самом деле казалось «началом конца».
– Не грусти, – уговаривала её гест-релейшнз Ира, – не будет тирамису, будет что-нибудь другое.
– Ага, папины блинчики каждое утро на завтрак, – кивнула Таня, чуть не плача.
– Ну, папины блинчики – тоже неплохо, – сказала Дарья. Она вспомнила своего папу, который тоже любил поколдовать на кухне.
«Как же давно я не была дома, – подумалось ей. – Но мне ещё рано. Все гест-релейшнз пока ещё работают, значит, и я тоже порадуюсь здесь морю и солнышку».
Пользуясь разрешением испытывать не себе все блага, доступные её туристам, она специально приезжала в отель задолго до начала смены и начинала свой день с горячего круассана и кофе под пальмами открытой площадки ресторана, а затем шла на пляж и нежилась там до обеда. Вечерняя смена заканчивалась поздно, и домой Дарья попадала ближе к полуночи, но этот период неспешного наслаждения каждым моментом курортной жизни поистине стал одним из лучших в её жизни. Работы становилось всё меньше, и жизнь в некогда оживлённом семейном отеле, в одночасье превратившемся в дом престарелых, стала постепенно замедляться, мало помалу создавая иллюзию сонливой неизменности окружающего мира…
Так продолжалось до последних дней ноября, но внезапно в Египет пришла зима. Утром первого декабря Дарья вышла на улицу и поняла, что пришла пора сменить летнее платье на тёплую одежду. Небо заволокло тучами, а из пустыни дул холодный ветер, неся за собой густой песчаный туман.
Хургада – это там где ветер… Зимние ветры в Хургаде дули часто, всегда налетая внезапно и принося с собой то леденящий холод с моря, то песчаную бурю из пустыни. Каждое утро Дарья стояла на дороге, ожидая служебный микроавтобус, а мимо неё, всегда в одно и то же время, проходил средних лет египтянин, одетый в драповое пальто и плотно закутанный в шерстяной шарф. Однако это был не тот оригинальный тюрбан, который местные «бáши» в галабеях изящно повязывают вокруг головы. Шарф покрывал его скулы и, хитроумно перекрещиваясь где-то под подбородком, спускался вниз на шею и грудь. Похоже, человек этот думал не о том, как он выглядит, а лишь о том, как бы защититься от холода. Температура была плюсовой, градусов пять-семь, но жителям пустынной местности этого вполне хватало, чтобы замёрзнуть. Дарья и сама была теплолюбивым существом и всё время ёжилась, вспоминая свои тёплые вещи, которые она намеренно оставила дома у родителей, чтобы не тащить лишний вес в чемодане.
«Лучше бы я концертные костюмы дома оставила» – упрекала она себя иногда. И тут же отвечала сама себе:
«Ну, кто же знал, что так выйдет! Жизнь – такая непредсказуемая штука. Придётся съездить после работы в торговый центр и купить себе тёплой одежды. А заодно и одеяло».
Одеяло им с Сафи было просто необходимо. В египетских домах не бывает системы отопления, и по вечерам девушки очень мёрзли в своей квартире. А случались ночи, когда температура воздуха на улице опускалась даже до нуля, и тогда холод, проникая снаружи через все щели, просто пробирал до костей. Утешало только то, что египетская зима длится недолго. Они хотели было купить обогреватель, но посовещавшись, решили: сколько там той зимы, лучше купить одеяло! И так как спали девушки на одной кровати, то было решено купить одно большое одеяло на двоих – так и теплее, и дешевле. Оставалось только зайти после работы в супермаркет и выбрать подходящий вариант.
Магазины и рестораны, следуя моде на всё европейское, уже начали подготовку к Рождественским распродажам, и витрины вдруг запестрели праздничной мишурой и Санта Клаусами. А в вестибюле гостиницы «Премьер», где работала Дарья, мистер Йохансон распорядился установить настоящую Рождественскую ёлку. Её специально доставили откуда-то из Европы, и теперь аромат хвои навевал умиротворяющие и радостные мысли о наступающих праздниках. Все – и христиане, и мусульмане – с нетерпением ожидали прихода нового года, а вместе с ним – и перемен к лучшему, на которые они так надеялись.

Зимние дни стали короче, но не намного, всего лишь на час-полтора, а с наступлением темноты, улицы наполнялись запахами чудной смеси сладковатого кальянного дыма и горящих дров. Это местные жители, спасаясь от пронизывающего холода в квартирах, тянулись в кофе-шопы, где собирались целыми компаниями за столиками и согревались крепким обжигающим кофе и «шишей». Народ же попроще – дормены из близлежащих домов и продавцы из местных мелких лавчонок – собирались тут же, на тёмных и узких улочках Эль Каусера вокруг импровизированных костерков. Они жгли сухие ветки и ящики из-под овощей и собирались на дружеский ужин за стаканчиком горячего каркаде, щедро приправляя его историями из жизни.
В такие вечера Дарья особенно скучала по домашнему теплу и уюту. Несмотря на то, что гостей во всех отелях становилось всё меньше, её подруга, доктор Сафия, всё также несла ответственность за чистоту и соблюдение сотрудниками норм охраны труда, и Дарья не уставала удивляться тому упорству и прилежанию, с каким та выполняла свои обязанности, порой задерживаясь за составлением отчётов до позднего вечера. Аджай работал в две смены без выходных, заменяя уехавшего в отпуск напарника, и всё что они могли себе позволить в такой ситуации – это устало посидеть час-полтора на диванчике в их кафе возле дома. Поэтому, чтобы не сидеть одной в пустой и холодной квартире, Дарья, полюбовавшись, как солнечный диск быстро опускается за горы на горизонте, шла сама в их любимое заведение и дожидалась там за чашечкой турецкого кофе прихода с работы кого-нибудь из друзей.
Аджай присел на диванчик рядом с Дарьей и привычным жестом положил ей руку на плечо. Резкий запах пота напомнил о том, что её любимый занят тяжёлым физическим трудом.
– Я уезжаю в отпуск, – сообщил он.
– Надолго? – спросила Дарья.
– У меня есть два законных месяца, которые я не использовал два года, пока жил в Хургаде, – вздохнул Аджай. – Ну, а потом…
– Что? Ну, говори уже, раз начал! – нетерпеливо воскликнула Дарья.
– Меня позовут обратно в Египет, когда вернутся туристы из России.
– Значит, надолго, – вздохнула Дарья. – У нас в один отель свели не только гостей, но и сотрудников. За всеми пообещали сохранить рабочие места, но теперь мне кажется, что нас в отеле стало больше, чем самих гостей. К тому же гости почти все – немцы, а я не знаю немецкого. Боюсь, как бы меня оттуда не попросили.
– Не грусти, что-нибудь придумаем, – отвечал ей Аджай. – К тому же, у нас есть ещё почти целый месяц. Я уезжаю в феврале. Может, за это время ещё что-нибудь изменится.
Они всё говорили и говорили, стараясь заглянуть в будущее, по нескольку раз на ходу меняя решение, как им жить дальше, и так ничего и не решив, замолчали только когда оба почувствовали, как тяжелеют их веки от навалившейся сонливости. Их любимое «кафе возле дома», как и многие другие в Хургаде, работало до последнего посетителя, и в ту ночь Аджай и Дарья были последними кто, покинул зал.
– Ты только посмотри, какое небо! – воскликнула Дарья, глядя на тёмный небесный купол, усыпанный бриллиантовой россыпью звёзд под тонким серпиком полумесяца.
Они прошли мимо знакомого здания банка, но бродячие собаки на его ступеньках, продолжали мирно дремать. Только вожак стаи настороженно шевельнул ухом и снова уложил голову себе на лапы.
– Видишь, – усмехнулся Аджай, – они уже не лают на нас, как раньше. Привыкли, за своих принимают.
Зимний ночной воздух, казалось, пронизывал насквозь их лёгкие курточки, и они снова прижались друг к другу, дрожа от холода, и так и шли до самого Дарьиного дома – эти заблудшие две души, случайно повстречавшиеся где-то на краю света в поисках лучшей жизни.
Во дворе, как и в самом подъезде под синей аптечной вывеской, не было ни души, и влюблённые могли без опасений слиться в прощальном поцелуе.
– Я никогда тебя не забуду, – прошептал он. – Только дождись меня.

***

Незаметно наступил Новый год, прошли Дарьин День рожденья и Рождество, и вступил в полную силу сезон клубники. Это на Родине у Дарьи клубника была первым желанным фруктом после долгой зимы, да и та появлялась всего на несколько недель в году, и если кто не успевал наварить клубничных компотов и варенья, то мог забыть об этом вкусе до следующего лета. В Египте же клубника – зимний фрукт. Её сезон приходит на смену «оранжевому ноябрю», и уже в начале декабря можно начинать лакомиться этими крупными, хотя и всё ещё кислыми, ягодами. Зато с наступлением нового года клубника становится уже заметно слаще и в таком количестве, что продавцы сильно сбивают на неё цену, стараясь поскорее сбыть свой нежный и сочный товар.
Дарья сидела дома в своём любимом кресле и наслаждалась клубникой со взбитой сметаной, когда ей вдруг пришло сообщение от Аджая:
– Сегодня никуда ходи. Говорят, в городе произошёл терракт. Встретимся завтра, если всё будет спокойно.
«Только этого нам ещё не хватало!» – Мелькнула в голове досадная мысль.
Она снова открыла новостную ленту в интернете. Лента пестрила самыми противоречивыми и невероятными новостями:
«На отель «Бэлла Виста» в Хургаде напали террористы!»
«Группа неизвестных захватила в заложники постояльцев гостиницы!»
«Вооружённые налётчики проникли с моря в отель «Бэлла Виста» и устроили погром в ресторане!»
– Ты в порядке? –
пришло Дарье сообщение от приятельницы Ленки из России.
У нас пишут, что у вас там орудуют террористы.
Отель «Бэлла Виста» был одним из тех счастливчиков в центре Хургады, которые владеют прямым выходом к морю. Деревянные перила одного из его ресторанов упирались прямо в водную гладь Красного моря, а его двери были открыты для всех желающих. Но для того, чтобы зайти туда с улицы, нужно было пройти строгий досмотр охраны на входе, оставив им в залог паспорт. Дарья знала это не понаслышке, потому что и сама любила полюбоваться закатом с той террасы над морем и даже праздновала там с друзьями свой День рожденья. Ей стало не по себе от мысли, что на месте происшествия вполне могли оказаться её друзья или она сама.
«Если, конечно, это правда», – добавила она про себя.
– Ха, чего только не придумают эти журналюги, чтобы только страху нагнать на людей. Мало нам настоящих трагедий, так теперь ещё и это раздуют до вселенских масштабов! – прокомментировала происшествие на следующий день новая Дарьина сотрудница Лора. Она очень гордилась тем, что её египетский бойфренд – самый настоящий полицейский, и никогда не упускала случая поделиться со всеми очередной сплетней из жизни стражей закона. – Знаете, что там было на самом деле? Работникам не выплачивали зарплату по нескольку месяцев, вот они и озверели. Просто вышли в ресторан с ножиками и игрушечными пистолетами и захватили в заложники двух немок. Думали, что менеджеры их испугаются и отдадут им их деньги. Наивные! Египетская полиция церемониться не будет, она в таких случаях бьёт на поражение, чтоб другим неповадно было. Вот и ухлопали одного прям на месте. А второго повязали, и будут судить по всем правилам. Это я вам точно говорю, мой сам всё видел, его смена была как раз!
Это событие, так напугавшее и без того напуганных жителей, никак не повлияло на их жизнь. О мнимых террористах вскоре забыли, а гости из Германии всё также прибывали на Красноморское побережье согласно заранее приобретённым путёвкам. Но вскоре произошло нечто, что заставило по-настоящему забеспокоиться всех русскоговорящих сотрудниц в отеле: их начали увольнять с работы.
Дарье позвонили из фронт-офиса в её выходной и просто попросили больше не приезжать в отель.
– Русских в отеле совсем не осталось, из Украины – четыре семьи всего. Немецких гостей в отеле – процентов тридцать. Нам просто нечем платить зарплату русскоязычным гест-решейшнз, да и делать вам тут больше нечего, ¬ – пояснил ей старший ресепшионист Ясир. Он хорошо говорил по-русски, умел мирно улаживать любые конфликты, и, наверное, руководство попросило его выполнить эту неприятную миссию. ¬ – Подождите, пока туристы из России вернутся, – сказал он в утешение, – мы тогда вас всех обратно позовём.
Кое-как справившись с первым шоком от услышанного, Дарья в панике снова схватилась за телефон и набрала номер Хассана. От него давно уже не было никаких вестей, страница Украинского культурного центра не обновлялась несколько месяцев, но в сердце у Дарьи всё ещё теплилась последняя надежда на то, что хотя бы языковые курсы, где она могла бы применить свои знания, все же будут работать в это непростое время.
– Я устроился на работу в отель менеджером по тренингам. Разрабатываю и провожу специальные курсы повышения квалификации для персонала. Сейчас, когда туристов немного, тренинги для сотрудников очень популярны. Неплохая работа, кстати, мне нравится, – довольным голосом сообщил египтянин.
– А как же… твой бизнес-план, курсы и всё прочее? – В растерянности спросила Дарья.
– Хозяин виллы запросил слишком высокую арендную плату. Я не могу столько платить за помещение. Да и поддержки особой у сообщества я не встретил. В общем, всё что ни делается, то к лучшему, я в это искренне верю, – сказал он в ответ.
И тут Дарья почувствовала, просто физически ощутила, как в одночасье рушится её хрупкий, тщательно выстроенный мирок, и катятся в никуда все её мечты, надежды и планы на жизнь в Египте, закрывая ещё одну страницу в истории её жизни. И какими же пустыми и бесполезными представились ей теперь все те козни и борьба сотрудниц за власть, интриги и подлости отельного менеджмента, да и сама эта дерзкая затея, называемая «бегством в Египет»!
Дарья собрала в кулак всё своё самообладание, чтобы вежливо закончить телефонный разговор, но как только услышала в трубке короткие гудки, в отчаянии закричала куда-то в пустоту:
– Трус, самый настоящий трус и предатель! Столько говорил о своей мечте, о бизнесе, а сам…
Но в душе Дарья понимала: вины Хассана в сложившейся ситуации не было. Просто снова пришло время перемен, и настала пора двигаться дальше.
«Что ж, – сказала она себе, вытирая слёзы, – Хассан прав. Если что-нибудь в твоей жизни происходит, значит, это зачем-то нужно. Ну, а зачем именно – скоро обязательно узнаешь».

Прочитано 1903 раз Последнее изменение Вторник, 13 июня 2017 17:42
Анастасия Осама

Две щепотки суетных мыслей...

"Алиса в стране чудес"

Другие материалы в этой категории: « Пока Египет не разлучит нас. Глава 14.

Спасибо, что читаете мой блог. Пожалуйста, возвращайтесь скорее, а я постараюсь порадовать Вас новыми записями!
 
Я, Анастасия Осама
Немного обо мне.


Египет стал моим домом много лет назад, я с удовольствием делюсь своим опытом жизни в этой солнечной стране.

Жду Ваши комментарии и предложения тем для статей. С радостью отвечу на Ваши вопросы.
 
 

Anastasia osama verh

Анастасия Осама

Резидент Египта с 2008 г.
Добавляйтесь в друзья и получайте анонсы статей!
    

Получать новые статьи Блога

 

Сегодня читали...

Делюсь опытом как делать кальян

Привет, люди! Хочу поделиться с Вами своим опытом составления кальяна в Хургаде. Как курение, так и процесс приготовления- это целый…

Египетский стиль в интерьере

Что же такое египетский стиль? Египетский стиль - один из самых древних стилей интерьера, который можно сразу узнать по деталям…

Женское здоровье в Хургаде

Красное море не только всероссийская здравница, это и искусный косметолог, который умело убирает ненужные штрихи возраста с лиц милых дам.…

Кто тут?

Сейчас 44 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Билеты в Египет

Как приехать в Египет

Как приехать озорному холопу на берега египетские, коли царь да бояре не велят? Я научу. Записывайте.