Сайт joomix.org
Главная
Понедельник, 08 мая 2017 16:43

Пока Египет не разлучит нас. Глава 14.

Автор
Оцените материал
(20 голосов)

Приглашаю всех, кто дожидался продолжения романа о Хургаде, авторства Марии Солодовник, насладиться очередной порцией романтики. В следующей главе события раскрываются в форме воспоминаний, которые одно за другим сплетаются в причудливую историю, а ночь и природные стихии снова властвуют над судьбами и сердцами главных героев.

 1 глава "Побег" 
 2 глава "Хургада- это там где  ветер..."
 3 глава "Первые слезы"
 4 глава "Оазис"
 5 глава "Мама Роуз"
 6 глава "Зазеркалье"
7 глава "Сан Стар"
8 глава "Пицца-паб"
9 глава "Скарабей"
10 глава "Рамадан"
11 глава "Август"
12 глава "Дахар"
13 глава "Эль Каусер"
14 глава "Дождь"
15 глава "Катастрофа"

Дождь.

Дарья вышла из дома и поняла, что впервые за много дней жизни в Египте её на дворе не встречало яркое африканское солнце. Вместо этого над ней нависло мутное, белёсое небо, а тяжёлый воздух казался одновременно и сырым, и колючим. Никогда раньше ей не приходилось видеть и ощущать что-либо подобное, а потому она поначалу даже не поняла, что же такое произошло в природе, изменив в одночасье облик полюбившегося ей города.
– Это песчаная буря! – скажет ей позже в отеле инструктор водных развлечений. Несмотря на то, что для коренного египтянина такая погода не была чем-то особенным, он тоже тяжело дышал, и Дарья заметила, как всё его смуглое лицо покрылось капельками пота. – Она приходит из пустыни и обычно держится у нас несколько дней. Надо потерпеть, пока пройдёт.
Дымка, накрывшая побережье Красного моря, висела повсюду – над Хургадой, над дорогой в сторону Сафаги, над заливом Макади Бей, а возможно и далее, продвигаясь на юг побережья. Так природа напоминала о смене сезонов и приближающейся осени.
Автобус притормозил возле блок-поста. Въезд в курортные зоны охранял вооружённый отряд полиции, и все водители были обязаны предъявлять документы при въезде и выезде из города. Дарья сидела напротив распахнутой настежь двери автобуса и заметила, как патрульные поставили в салон рядом с водителем пустые пластиковые ящики, а взамен забрали точно такие же полупрозрачные контейнеры, полные бутербродов, махши, тамеи и прочей снеди. Водитель автобуса только приветственно поднял руку, и спокойно поехал далее.
«Меняют отельную еду на свою неприкасаемость в полиции, – подумалось Дарье. – Ещё бы, ведь если бы они вздумали зайти в автобус и проверить наши документы, то нас всех можно было бы сразу везти в «калабуш». В этой шаражке, гордо именуемой пятизвёздным отелем, всё насквозь пропитано коррупцией, и я невольно принимаю в этом участие. Как мне это всё надоело! Вот не зря Хассан ушёл от них в свободное плавание. Может, и мне пора уже поискать себе другое место. Мало в Хургаде отелей, что ли? Ну, в самом деле, работаю тут уже сколько месяцев, и всё нелегально, от полиции вынуждена прятаться, зарплату ждать приходится месяцами, пока их величества не соблаговолят её выдать, жильё не оплачивают, обязанности множатся с каждым днём, а наши должности всё больше обрастают какими-то дурацкими неписаными правилами…


Дарья невольно поёжилась, вспомнив, как на днях во время обеда на открытой террасе отельного ресторана, к ним подошёл новый менеджер и заявил:
– Хочу вам напомнить, что служащим запрещено сидеть за столиками на террасе.
Возвращаться в зал девушкам совсем не хотелось: экономия на комфорте и удобстве постояльцев сказывалась даже здесь, и в главном зале отельного ресторана стоял удушающий кислый запах. На все вопросы гест-релейшнз о том, когда же в ресторане проведут генеральную уборку и уберут этот отвратительный запах, менеджер хозяйственной службы только разводил руками: «У меня всего один уборщик на каждый ресторан, и нам вечно не хватает моющих. Попробуйте-ка убрать такую площадь одной тряпкой!».
– С каких это пор нам нельзя здесь обедать? – возмутились девушки. – Мы всегда садились за любой столик, и никто никогда нам этого не запрещал.
– Значит, вам просто повезло, – ухмыльнулся менеджер, шевельнув своими тоненькими усиками. – Руководство отеля запрещает вам сидеть на террасе. Вы, так и быть, заканчивайте свой обед здесь, но в следующий раз имейте в виду. Я вас предупредил.
– Любят они прикрываться именем отельного менеджмента ради своих корыстных целей, – Дарья с отвращением проводила взглядом удаляющуюся фигуру в сером костюме и лаковых туфлях. – И я даже знаю, почему он нам это сказал.
– Почему? – С любопытством спросила Агнешка.
– Это – его мелкая подлая месть.
– Месть? А за что?
– А вот за что! Слушай…
…Дарья дежурила в вечернюю смену, когда им на столик поступило сразу два звонка из разных а-ля карт ресторанов с просьбой подойти к гостям – одним забыли принести праздничный торт, а две семейные пары в другом ресторане никак не могли решить, кто из них имеет больше прав сидеть за столиком у окна с видом на набережную. Оставив напарницу дежурить в лобби, на случай, если помощь также понадобится и на ресепшен, Дарья побежала разбираться с гостями. Она решила сократить путь между ресторанами и пройти почти неосвещённой зоной водных развлечений, окружённой пышными кустарниками. В утренние часы за места на лежаках возле бассейнов туристы ежедневно вели ожесточённую борьбу, порой переходящую в локальные войны, но с заходом солнца здесь становилось пусто. По вечерам только стрекот цикад нарушал ночную тишину в этой части огромной отельной территории, и Дарья вздрогнула, услышав у себя за спиной чей-то мужской голос:
– Добрый вечер!
– Добрый вечер, – также вежливо отвечала Дарья, увидев рядом с собой нового ресторанного менеджера.
– Давно хотел сказать… – начал он.
– Давно? – перебила его Дарья. – Да мы и знакомы-то всего несколько дней.
Работал он здесь и вправду очень недолго, и Дарья лично присутствовала при его представлении коллективу в первый рабочий день. Дина всё больше доверяла Дарье в делах управления службой поддержки гостей, и дошла в своём доверии до того, что отправляла её вместо себя на утренние планёрки с генеральным менеджером. Задержавшись по пути возле какой-то немецкой фрау, неожиданно упавшей в обморок возле аквапарка, Дарья немного опоздала к началу утреннего собрания, и зайдя в кабинет, застала в сборе руководителей всех отделов. К её некоторому удивлению, планёрку против обыкновения, вёл не мистер Хайнц, а Джек Симпсон – менеджер всех отелей группы «Корал Си». Одетый в широкие клетчатые шорты и футболку, он скакал на своих тонких ножках вокруг большого круглого стола, по очереди обращаясь к каждому из менеджеров:
– Вот Вы, например, знаете, сколько лавочек за последний месяц было отремонтировано на территории Вашего отеля? А какой у Вас дневной бюджет на расходы по ресторанам, Вы знаете?
Менеджеры пытались мычать что-то в ответ, но от этого Джек только сильнее подпрыгивал, потирал руки и кричал:
– Ответ неверный! Кто из нас финансовый менеджер – Вы или я? Почему я за Вас всё должен знать!
Дарье оставалось только с любопытством наблюдать за этим цирком, дожидаясь подобного вопроса в свой адрес. Менеджеры-египтяне, как провинившиеся ученики, тихо сидели, потупив глаза. Недавно назначенный на должность немецкий шеф-повар сидел неподвижно, обхватив голову руками, и безнадёжно глядел куда-то в одну точку.
– Хочу вам представить нового менеджера по ресторанам, – продолжил мистер Хайнц, дождавшись, когда Джек насладится своим всевластием и удалится из комнаты совещаний. – Мистер Абдалла, добро пожаловать в наш коллектив!
Дарья всю планёрку сидела напротив этого человека и украдкой разглядывала его колоритную внешность. Его чрезвычайно смуглое, широкоскулое лицо выдавало в нём коренного жителя южных провинций Египта, а узенькие усики над верхней губой только ещё больше придавали его облику сходство с недавно освобождённым работником американской хлопковой плантации, который только что дождался отмены рабства и нарядился по этому поводу в щегольской европейский костюм. Несмотря на всё это, держался мистер Абдалла весьма самоуверенно и даже гордо, и Дарья несколько раз ощутила на себе пронзительный взгляд его любопытных чёрных глаз, но не придала тогда этому особого значения. Теперь же, оставшись с ним почти наедине в этой слабо освещённой зоне бассейнов, она снова вспомнила ту сцену, и смысл того взгляда уже не оставил ей никаких сомнений.
– Я давно искал такую женщину, как ты, – быстро нашёлся египтянин в ответ на резкое Дарьино замечание.
– Что Вы имеете ввиду? – Каменным голосом спросила она, понимая куда он клонит, но надеясь выкрутиться из этой ситуации таким же образом, как ей это до сих пор удавалось.
– … такую мягкую и добрую, – продолжал он слащавым голоском, – красивую и смелую. Ведь только смелая женщина может ходить одна в темноте. – Мистер Абдалла усмехнулся, заметив, как Дарья постаралась ускорить шаг, чтобы поскорее выйти на освещённую территорию. – Я давно потерял свою жену, и теперь ищу себе спутницу жизни. У тебя ведь нет бойфренда?
– Конечно, есть! – Отрезала Дарья.
–Так, может, познакомишь меня с ним? – Не унимался он. – Я готов посоревноваться с ним за тебя!
– Думаю, Вам стоит поискать себе спутницу в другом месте, – отвечала Дарья, добежав, наконец-то, до набережной, освещённой целой колоннадой уличных фонарей. – Извините, мне нужно идти, гости ждут…
– Так он и мне предлагал то же самое! – воскликнула Агнешка, выслушав рассказ Дарьи об этой сцене. – Я, конечно же, отказала…
– Теперь всё ясно! – не стала дальше слушать её Дарья. – Этот подлец ищет себе девочек для развлечений и мстит тем, кто ему отказывает. Ох, чует моё сердце, сегодняшним разговором его месть не закончится. Ты как хочешь, Агнешка, а я начинаю рассылать своё резюме по другим отелям.

***

– Ты готова садиться рядом со всякими китайцами, корейцами, турками, с кем угодно, только не со мной!
– Потому что я не расистка
– был ответ.
Дарья и сама не до конца понимала, как относиться к этой единственной возможности видеться с Аджаем. Но на всякий случай, она по-прежнему старалась избегать встреч с ним даже в служебном автобусе, чтобы не поддаться соблазну вернуться к прежним отношениям. Хотя в то же время, она втайне от самой себя мечтала о том, чтобы такому соблазну всё-таки поддаться. По дороге на работу Аджай всегда сидел в самом конце автобуса, забившись в угол возле окна, а рядом на сидении он держал свой рюкзак, как будто придерживая место для кого-то, так что никто не смел сесть рядом с ним. Зайдя в салон, Дарья, как правило, обнаруживала, что почти все места заняты, но кто-нибудь обязательно подвигался и освобождал ей местечко возле себя.
Но однажды она не увидела Аджая на его привычном месте. Не было его там и на следующий день. И как бы она ни старалась, оставаться равнодушной у неё не было сил.
«Выходной у него один день в неделю и всегда в воскресенье, как и у меня, – рассуждала про себя Дарья. – Если бы он уехал в отпуск, то мне бы Сафи об этом обязательно сказала. Не мог же он просто так взять и не прийти на работу. Значит, что-то с ним случилось».
– Привет! Не видела тебя в автобусе уже два дня. У тебя всё в порядке?
– Прислала она ему сообщение.
– Нет, у меня ожог на ноге. Сотрудник на кухне взял неудачно сковородку с раскалённым маслом и пролил мне его на ногу. Теперь я сижу в своей комнате в «Шедване» и лечусь.
– Оххх, как это больно!
– Ничего, с кем не бывает.
– Может, тебе что-нибудь нужно?
– Нет, у меня всё есть. Но спасибо, что беспокоишься )))
Как оказалось, Аджай в отпуск не уехал, но, наверное, вместо него в отпуск ушёл Дарьин Ангел-хранитель. Иначе он нашёл бы способ напомнить Дарье о том, что у её возлюбленного в Индии уже есть жена и сын и что это обстоятельство всегда будет ставить под вопрос их совместное будущее. Их разделяло всего несколько шагов, и этот первый шаг на пути сближения Дарья всё же сделала, продолжив начатый разговор. Она не заметила, как всю дорогу до отеля проболтала с Аджаем о последних новостях и их общих знакомых, о странной погоде, накрывшей Хургаду на несколько дней, и ещё о тысяче мелочей, о которых она и не вспомнила бы уже через пару часов, если бы решила оглянуться на своё безрассудство.
На безрассудство она оглянулась несколько позже, когда они с Сафи возвращались домой из небольшого ресторанчика на Шератоне. Друзья весело провели тот вечер, снова собравшись все вместе, как в старые добрые времена. Сафия включила камеру на своём планшете, чтобы и Ахмед из Германии мог присоединиться к их застолью.
– А ты носишь то, колечко, которое я тебе подарил? – спрашивал её Ахмед.
– Конечно! Вот, смотри! – вертела рукой перед камерой Сафия.
– Поцелуй её, поцелуй! – Подначивал друга Аджай, а сам заговорщицки подмигивал Дарье.
– Так вы с Аджаем всё-таки помирились? – спросила её Сафия по пути домой. – Как же я рада! Аджай даже просил меня как-то уговорить тебя, чтобы ты его простила. Но откуда же мне знать, что может повлиять на твоё решение?
И действительно, что?
…Аджай позвонил Дарье, как только поправился.
– А ты где сейчас? – спросил он.
– На пляже.
– На каком?
Хургада является одним из тех счастливых человеческих поселений, которое Всевышний наградил не только благодатным климатом, но и удачным расположением на местности. Город по всей своей длине вытянулся вдоль побережья Красного моря, и каждый квадратный метр его драгоценной прибрежной земли был поделен между владельцами многочисленных отелей и пляжей. На одном из таких крошечных пляжиков, недалеко от Старого Шератона, и лежала Дарья в свой выходной. Она зачем-то сказала его название, и уже через полчаса Аджай, не снимая футболку и джинсы, лежал рядом с ней на шезлонге.
– Как твоя нога? – спросила Дарья.
– Уже зажила. Я не буду купаться, просто посижу с тобой рядом, – отвечал он.
Море слегка штормило. На берег то и дело накатывали крупные волны с пенистыми гребнями, принося с собой в большом количестве мусор, который пришвартованные неподалёку экскурсионные яхты не стеснялись выбрасывать за борт. Лежаки выстроились в ряд, впритык друг к другу, и любое сказанное слово ветер разносил на несколько метров, делая его достоянием всего пляжа. Всё это вкупе со снующими туда-сюда людьми превращало отдых в не очень приятное занятие, и вскоре Дарье наскучило молча лежать посреди этой суеты. Аджаю, похоже, тоже.
– Давай пойдём куда-нибудь пообедать, – предложил он.
Город под полуденным солнцем жил своей жизнью. По центральной дороге носились такси и маршрутки, продавцы сувениров прятались от жары в своих магазинах, кафе и рестораны манили запахами свежеприготовленной еды.
Аджай и Дарья переходили из одного ресторанчика в другой, присаживались на минутку за столик, тут же вставали, и он тянул её дальше, ворча себе под нос, но так, чтобы и Дарья тоже слышала:
– Как же тут душно! И людей – не протолкнёшься. Как будто все одновременно решили пообедать на Шератоне.
Дарья никуда не спешила и не умирала от голода, а потому оставила всю инициативу своему другу и спокойно наблюдала за тем, на чём же он остановит свой выбор.
– Я знаю, куда мы пойдём! – наконец, сказал он.
На первый взгляд ресторанчик «Самак» ничем не отличался от множества других в этом районе. Его небольшой зал был плотно заставлен столиками, покрытыми сине-белыми клетчатыми скатертями, посетителям там наливали «приветственный напиток» – анисовую водку, а для развлечения туристов включали на всю громкость русский шансон. Однако мало кто знал, что у этого ресторанчика есть второй этаж. Столы, накрытые такими же сине-белыми скатертями, были расставлены там уже посвободнее, а низкий потолок и приглушённое освещение создавали впечатление уютной домашней столовой. Вот туда и повёл Дарью Аджай. В зале не было ни одного посетителя и, казалось, официанты тоже не заметили, как эти двое проникли туда по ведущей наверх крутой и узенькой лестнице.
– Здесь есть вай-фай, можешь позвонить пока своим родственникам по Вайберу, – сказал он ей, – а я пойду закажу нам еду.
Дарья обзвонила всех своих подружек, обстоятельно поговорила с мамой, успела как следует проголодаться, а Аджая всё не было.
– Ты почему так долго? – спросила она, когда Аджай, наконец-то вернулся.
– Встретил знакомого у барной стойки внизу. Давно не виделись, заболтались немного.
Они как раз делили на двоих последний кусочек их любимой пиццы, когда Дарье позвонила Сафия:
– Привет. А ты где? Я сейчас выезжаю с работы, хотела предложить тебе прогуляться по центру.
– А я уже в центре. Мы с Аджаем тут обедаем. Приезжай к нам!
Дарья пояснила подруге, как их найти, достала из сумочки помаду и стала подкрашивать губы.
– Что ты делаешь? – Спросил её Аджай.
– Не видишь, губы крашу.
– Напрасно.
– Почему? Разве у нас ещё будет десерт?
– Да. И я всё равно съем твою помаду…
– Нет, нет, не надо, – шептала она, понимая, что с каждой секундой её решимость сопротивляться тает в ласковых руках её индийского друга.
– Как же я скучал по тебе! – шептал он в ответ, обнимая ёще крепче.
– Сейчас сюда кто-нибудь зайдёт, и нас увидят…
– Не увидят. Сюда никто не зайдёт в течение ближайшего часа.
Так вот почему Аджай пробыл так долго внизу! Он всё устроил, договорился или же просто подкупил ребят на входе, чтобы они никого не пускали на второй этаж.
– Сейчас Сафи придёт…
Она всё ещё пыталась остановить сладкий поцелуй его солоноватых губ. Напрасно. Второй шаг был сделан, и вопреки всем сомнениям, ей с ним было необыкновенно хорошо.
– Не сейчас, а через час, – успокоил её Аджай. – Ты забыла, сколько сюда от отеля ехать? Кстати, я слышал, ты ищешь новую работу, – добавил он, продолжая целовать её губы и шею. – Ну, скажи по правде, ты делала это, чтобы не видеть больше меня?
– И всё-то ты знаешь!
– Но теперь тебе не надо ничего искать. Ты со мной, и мы всегда будем вместе.
Аджай удивлённо вскинул брови, увидев, как Дарья покачала головой в ответ.
– На самом деле, я делаю это не только из-за тебя. Поверь, в этом отеле полно проблем и без тебя. Так что работать в нём я бы не пожелала никому. Тем более самой себе.

***

Заходящее солнце позолотило последними лучами просторный вестибюль гостиницы «Сан-Стар» и быстро скрылось где-то за аква-парком. Электрические люстры под потолками мгновенно разогнали сгущающиеся сумерки, а из гриль-зоны ресторанов потянуло аппетитным дымком. Дарья любила вечерние смены. Вечером она могла спокойно подготовить план работы и документы на следующий день, гости суетились несравнимо меньше, чем в утренние часы, и поэтому казалось, что работы у гест-релейшнз вечером намного меньше. Особенно Дарье нравилось работать в паре с Маргаритой. Она была из тех девушек, с которых хотелось брать пример, и у которых было чему поучиться, несмотря на их молодость. В её расторопных руках спорилось любое дело, и Дарья всегда могла рассчитывать на её поддержку.
– Завтра в отель прибывает новая группа скандинавских туристов, – подошёл к девушкам менеджер фронт-офиса, мистер Ханни. – Не забудьте выписать ордеры на комплименты от отеля в каждую комнату. Они приезжают днём. А утром двенадцать семей из Дании выезжает из отеля, так что проконтролируйте, чтобы ресепшен выдал им всем при выезде пакеты с круассанами и фруктами. Смотрите, ничего не перепутайте, ведь это скандинавские туристы!
Группа отелей «Корал Си» с особым трепетом относилась к своим гостям из далёкой Скандинавии. Ведь это туда отправлялись средства, сэкономленные на комфорте отдыхающих и денежных выплатах сотрудникам. А взамен (или в благодарность за проделанную работу) тот «другой бизнес», о котором как-то вскользь упомянул Хассан, отправлял в эти отели на отдых своих граждан.
– Мистер Ханни, – простодушно спросила Маргарита, – а почему у нас такое особое внимание уделяется скандинавским туристам? Ведь их немного, туристы из России приносят отелю гораздо больше денег.
– Вот именно потому, что их не много, мы и должны заботиться о них с удвоенным вниманием. Нужно поощрять дальние страны приезжать к нам. А Россия и так приедет, – невозмутимо отвечал мистер Ханни. И чтобы прекратить эти неудобные вопросы, он побарабанил пальцами по столу, и сказал:
– Ну, это я так, напомнил вам на всякий случай. А вообще-то я пришёл сказать, что ищу себе вторую жену.
– Кого? – Хором переспросили девушки.
– Вторую жену, – повторил мистер Ханни. – А что в этом такого? Я достаточно обеспечен и ещё молод. Знаете сколько мне лет? Тридцать пять! Вы, наверное заметили, что у меня ни одной сединки в волосах? Но это потому, что я их подкрашиваю! – засмеялся он собственной шуточке.
– Ну, у меня уже есть бойфренд, – на всякий случай сказала Маргарита.
– У меня тоже! – Поддакнула Дарья. И тут же добавила:
– А чем же Вас не устраивает Ваша первая жена?
Она прекрасно помнила, как мистер Ханни явился на открытие Украинского культурного центра со всем своим семейством – такой красавице-жене и троим очаровательным детишкам можно было только позавидовать.
– Моя жена меня вполне устраивает, – сказал он. – Да только разве может одна женщина быть одновременно и хорошей хозяйкой, и заботливой матерью, и страстной любовницей?
– А ещё бухгалтером, поваром, логистом, а иногда и водителем… – Подхватила Маргарита. – У нас все женщины так и живут всю жизнь в разных ролях!
Мистер Ханни прищёлкнул языком и покачал головой:
– Неправильно это. Одна женщина может исполнять только одну роль. Не зря же Аллах позволяет мужчине иметь четыре жены.
– Так Вы себе домохозяйку ищете? Или любовницу? – Со свойственной ей прямотой спросила Дарья.
Неизвестно, чем бы закончился этот диалог культур, если бы во всём отеле не погас свет. В ресторанах зажгли свечи, но все здания гостиничного комплекса погрузились во тьму. Кондиционеры перестали работать, и в гостинице стало невыносимо душно. По залу напротив лобби-бара заметались тёмные фигуры гостей, их дети стали кричать и плакать, и мистер Ханни незаметно ретировался под предлогом того, что ему необходимо как-то пояснить гостям случившиеся с ними неудобства.
Но стоило ему отойти, как к столику подбежал, тяжело дыша, какой-то мужчина из русских гостей и возмущённо закричал:
– Это за что же я заплатил столько денег? Чтобы сидеть здесь без света и воздуха? Здесь же дышать нечем! Мой отпуск испорчен! Я буду жаловаться!
– Жалуйтесь, – отвечала ему Маргарита. – Но только не нам. Мы – всего лишь сотрудники, и нам тоже нечем дышать. У Вас есть Ваша туристическая компания, вот ей и жалуйтесь.
– Вы мне за это заплатите! – пригрозил гость.
– Вообще-то, – проворчала Маргарита, когда возмущённый гость удалился, проклиная тот день, когда он купил свою путёвку, – в нормальных отелях для таких случаев должна быть предусмотрена запасная генераторная станция.
– Ты правильно заметила, – согласилась Дарья. – В нормальных отелях она, может, и предусмотрена, но только не в нашем.
– Короче, валить отсюда пора. Валить, пока не поздно.
– В Хургаде тоже нет электричества, – сказала Дарья, глянув на телефон. – Мне подружка СМС-ку прислала.
«У нас пропало электричество, – сообщала ей Сафи. – Я не хочу сидеть одна в тёмной квартире. Пойду в наше кафе возле дома. Приходи и ты туда».
За несколько недель жизни в Эль Каусере девушки успели привыкнуть к неасфальтированным улочкам их строящегося микрорайона, полюбить магазинчики и мелкие лавочки с их приветливыми продавцами, и даже стали находить некую прелесть в такой жизни – вдали от городского шума, но в шаговой доступности ко всем благам этой египетской цивилизации. А не так давно Сафия пришла домой чуть позже обычного и радостно объявила:
– Мы с сотрудницами такую кафешку нашли! Всё очень недорого, шиша вкусная, интерьер красивый и совсем рядом с нашим домом. Теперь отдыхать после работы – только туда!
Это кафе – бюджетный вариант более дорогого и статусного ресторана «Мирамар», расположенного на той же улице – и вправду было очень уютным, оформленным в том же стиле, что и ресторан, и Дарье тоже понравилось проводить там вечера. Заведение имело какое-то арабское название, но оно почему-то совсем не запоминалось, поэтому они стали называть его между собой просто «кафе возле дома».
Маргарита и Дарья дождались конца своей смены и, включив фонарики на своих мобильных телефонах, стали пробираться к выходу. Они не рискнули пойти привычным путём через узкие и мрачные коридоры цокольного этажа, в которых обнажённые хозяйственные коммуникации зловеще урчали и тускло освещались промышленными люминесцентными лампами даже в обычные дни. В этот же вечер вряд ли кто-то озаботился освещением подвального помещения, ведущего прямиком на хоз.двор, где их ждал служебный автобус. Девушки отметили свой уход у охраны возле главного входа и побежали по лунной дороже прямиком к автобусу, мимо тёмных силуэтов спальных корпусов, пальмовых деревьев, пышно цветущих кустарников и сувенирных магазинчиков.
Дарья устроилась у окна и стала ждать того волнующего момента, когда большая часть пути уже будет пройдена, и автобус вынырнет из-под горки. Залив Макади Бэй останется позади, а впереди, как на ладони, раскинется её любимая Хургада. Она заиграет в ночной тьме тысячами огней, и Дарье снова представится, что это светятся души влюблённых, населяющих этот город. Ведь Хургада – это город грехов и соблазнов, и всё в ней пропитано флюидами чувственной любви и страсти, энергия которых могла бы с успехом заменить любую электростанцию.
Но в тот вечер ей не удалось посмотреть на городские огни. Наэлектризованное небо лишь на секунды выхватывало из темноты очертания погасшего города всякий раз, когда зигзаги молний заливали фиолетовыми вспышками всю округу. Только на трассе, ведущей в аэропорт, им в окне показались габаритные огни идущего на обгон самолёта. Он не спеша заходил на посадку, подмигивая всем своими сигнальными прожекторами, и казалось, что старенький служебный автобус изо всех сил старался догнать крылатого спринтера.
«Да где уж тебе угнаться!» - мысленно ухмыльнулась Дарья.
Эль Каусер также освещался только бледным светом луны, осторожно выглядывавшей из-за туч. Дарья добежала до знакомого банка, за которым уже виднелось их любимое кафе, и с облегчением заметила, что стая бродячих собак, так напугавшая её накануне, уже куда-то исчезла. Вместо собак на крыльце банка сверкали пятки какого-то египтянина, не успевшего помолиться с заходом солнца и теперь замершего там в запоздалом намазе. Ещё несколько метров – и Дарья устремилась туда, где вкусно пахло турецким кофе, мерцали свечи на низеньких столиках, и дымила «шишей» её египетская подружка.
– Ну, наконец-то! – сказала она Дарье. Всё-таки как хорошо, когда тебя где-то ждут!
Подруги вышли из кафе, когда на их улицу вернулось электричество, и сразу же почуяли запах сырости в воздухе, такой непривычный для Хургады. А через минутку они ощутили, как им в лицо шлёпают маленькие, еле заметные капельки дождя.
– Сафи, ты заметила, у нас идёт дождик?
– Да, да, да! – Сафи молитвенно сложила руки. – У нас говорят, что когда идёт дождь, то это открываются Небесные врата, и ты можешь попросить у Бога, всё что захочешь.
– Вот как! Ну, тогда у нас в Украине всю осень можно загадывать желания хоть каждый день! – засмеялась Дарья.
Стояла средина октября, и на её Родине уже начиналась пора жёлтых листьев, первых заморозков и затяжных дождей, лившихся из тяжёлых серых туч почти каждый день. Но Хургада всё ещё радовала летним теплом, а дождь здесь считался настоящей редкостью, достойной сыграть роль приметы, исполняющей желания.
Дарья мысленно поблагодарила судьбу за такую чудесную возможность пожить в тепле и взглянула на подружку: та всё ещё шла, сложив руки и подняв глаза к небу. «Наверное, просит, чтобы Всевышний помог ей воссоединиться с Ахмедом», – подумала она. «Что ж, да будет так!»
– А я даже не знаю, что же попросить именно сейчас, – сказала она вслух.
– В таких случаях я прошу, чтобы Бог послал мне то, что будет лучше всего для меня. Ему виднее.
– Аминь. – Согласилась Дарья.
Сафия не знала, что через несколько дней на Хургаду обрушится такой небывалый ливень, что его, наверное, хватило бы на все её самые заветные желания. Но воспользоваться этой возможностью снова и попросить у Всевышнего девичьего счастья у неё всё равно бы не получилось, потому что как раз на этот самый день пришёлся её долгожданный отпуск, и она уехала к родителям в Каир.

***

Дарья ещё досматривала десятые сны, когда её разбудил телефонный звонок. Снова пришло воскресенье, и ей снова звонил Аджай:
– Идём сегодня на «Колор Бич»?
Вот уже несколько месяцев со времён их расставания Дарья тщательно обходила стороной этот кристально чистый и мелководный пляж. Но теперь Аджай уже целую неделю официально считался её бойфрендом, и отказываться от такого приглашения не было никакой причины. Ведь она так любила «Колор Бич».
– Я заеду за тобой на такси, – поспешил сказать ей Аджай, не услышав в ответ никаких возражений.
Во дворе мальчишки гоняли футбольный мяч, считая голы и штрафные очки то по-арабски, то по-русски, а то и по-английски, пожилой дворник в красной униформе с нашивкой “HEPCA” перестал на минутку махать своей метлой и расплылся в добродушной беззубой улыбке.
– Доброе утро! – Поприветствовал он идущих навстречу Аджая и Дарью.
– Доброе утро! – Отвечала ему Дарья по-арабски.
Солнце в Эль Каусере светило всем, кто был способен ему порадоваться, но уже из-за холмов Хадобы перед ними показалось хмурое небо с синими, свинцовыми тучами.
– Ничего, – сказал Аджай, – тучи быстро развеются, это же Египет!
Однако вопреки всем ожиданиям, в северной части Хургады тучи сгустились ещё больше, а воздух снова стал тяжёлым и влажным. На пляже не было никого, кроме группки молодых египтянок в купальниках и без хиджабов. Они громко смеялись, делали бесконечные селфи и то и дело заходили в море, с визгом выбегая из воды после каждого удара грома. В конце-концов, гроза разразилась над самым пляжем, небо раскололось на кусочки электрическими разрядами молний, а из туч пролились первые тяжёлые капли дождя.
– Не получится у нас сегодня покупаться, – сказал Аджай. – Видишь, какая гроза, в воду заходить опасно. Побежали-ка лучше в «Пицца-паб»!
Взявшись за руки под проливным дождём, они шлёпали по лужам, пока не добежали до знакомого поворота, где в специальной открытой нише «Пицца-паб» хранил свой арсенал кальянов. Практически все они отдыхали, тесно прижавшись друг к дружке, как стая перепуганных длинношеих птиц, ожидая своего часа, пока само заведение пустовало в ожидании посетителей. Бармены, помнящие всех своих постоянных клиентов, с радостью поприветствовали промокших до нитки Аджая и Дарью и принесли им горячего чаю.
Дарья устроилась на диванчике рядом с Аджаем и стала смотреть, как лужи за окном вздуваются большими пузырями. Ей больше не нужно было сопротивляться, уговаривать себя забыть прошлое, или придумывать какие-то оправдания своим поступкам. Она просто сидела и ждала, когда им принесут их любимую пиццу с курицей – «немного острую, со специями». На всякий случай, она попыталась заглянуть в закоулки своей задремавшей совести, но не нашла там ни капли раскаяния за своё поведение. А потому она полностью отдалась этому потоку спокойствия и умиротворения. Ведь им было так хорошо вдвоём.
– Я хочу заказать себе ружьё, – сказал Аджай, листая страницы в телефоне. – Вот как на этой фотографии. И вот такое.
– Ружьё? – Удивилась Дарья. – А зачем тебе оно? Кого ты собирался убивать?
– Кроликов. – Ухмыльнулся Аджай. – Ты забыла, что мой отец – военный офицер? Мы с ним любим пострелять, и поохотиться тоже любим. Ты не беспокойся, всё законно. В нашей местности популяция кроликов сильно растёт в сезон, так что правительство даёт разрешение на их отстрел.
«Мужчины – же это охотники, – припомнился вдруг Дарье их разговор с Питером. – Как только видят, что жертва сдалась, так они к ней интерес и теряют».
Дарья повела плечом и постаралась стряхнуть с себя поучения египтянина.
Пожалуй, в первый раз она посмотрела совсем по-другому на своего весёлого и ласкового друга, такого мирного шеф-повара Аджая. Теперь она увидела в нём настоящего воина, с ружьём и добычей.
– Скоро поеду в отпуск, – продолжал между тем Аджай. – Соберу всех, кто меня знает, закачу вечеринку! Ведь скоро будет два года, как я не был дома.
– А когда ты уедешь? – с грустью в голосе спросила Дарья.
– Ещё нескоро, месяца через два. Мой напарник попросил меня поработать за него, пока он съездит в отпуск. А потом только сам поеду. Тебе пицца не надоела? – спросил он, чтобы сменить эту грустную для них обоих тему.
– Нет. Я такой чудесной пиццы уже сто лет не ела.
– А я хочу домашней еды. Сафи в Каире?
Дарья кивнула.
– Давай заедем в супермаркет, накупим продуктов, и я сделаю ужин для нас двоих!
Сафия, натерпевшись людских сплетен и пересудов, всегда протестовала против гостей мужского пола в их доме, и даже с хозяином квартиры соглашалась встречаться только в кафе или в присутствии его жены.

– Не стоит забывать, что мы не в Европе, – предупреждала она Дарью. – Аренда квартиры оформлена на моё имя, и если кто-нибудь из соседей увидит заходящего к нам мужчину, то это скомпрометирует меня, а не тебя. Так что гостей на ужин приглашать-то можно, но только женщин.
Но разве об этом думала Дарья в эту минуту? Скорее всего, она вообще ни о чём не думала. Её разум в тот день отдыхал, а голова послушно кивнула в знак согласия. Третий шаг.
Дождь, начавшийся после полудня, лил, как из ведра, до самого вечера. Огромные лужи были повсюду, а Шератон – главную улицу Хургады – затопило так, что водитель такси не рискнул проехать по ней и повёз Аджая и Дарью сначала по переулкам Дахара, а затем по более широкой и качественной объездной трассе.
Набрав целую тележку продуктов, они подкатили её к кассе, и не было во всём супермаркете более счастливых покупателей, чем индиец Аджай и украинская девушка Дарья. Их лица так светились радостными улыбками, что продавцы и посетители супермаркета невольно оборачивались им вслед и тоже улыбались.
Наконец, они свернули в район банков, где жила Дарья. Возле одного из банковских зданий приютилась стая бродячих собак. Работники регулярно подкармливали их, и собаки охраняли территорию, как свою собственную, а банк таким образом получал дополнительную охрану. Собаки дружно залаяли, почуяв незнакомцев, и Дарья невольно вздрогнула и прижалась к Аджаю.
– Не бойся, – сказал он ей, обнимая покрепче. Он прикрикнул на собак, и те мирно улеглись на свои места. – У меня в Индии – большой родительский дом, и там живут две большие овчарки. Так что я знаю, как нужно обращаться с такими зверями.

Дождь всё ещё моросил мелкими каплями, но влюблённым было всё равно, и они так и шли в обнимку, крепко прижавшись друг другу продрогшими телами, осторожно ступая по неосвещённой улочке Эль Каусера и вдыхая полной грудью свежий и сырой ночной воздух, пока не дошли до знакомого подъезда под синей аптечной вывеской. В отличие от многих домов Хургады, дормен не дежурил здесь постоянно. Дарья встречала его лишь по утрам, когда он мыл лестничные клетки и поливал растения в кадках у входа в подъезд. Вечерами же там было пусто и малолюдно, так что любовники могли беспрепятственно заходить в дом и не бояться посторонних глаз.

Дарья открыла дверь своим ключом, и они с Аджаем оказались вдвоём в маленькой тихой квартире. Дождь за окном зашумел с новой силой.

Собираясь на пляж, Дарья забыла выключить ноутбук, и он до сих пор работал, закончив проигрывать список мелодий, которые она слушала утром. Аджай нажал кнопку проигрывателя, и квартира наполнилась нежными мелодиями флейты, причудливо переплетаясь с отзвуками дождя на улице.

– Вся моя семья в Индии живёт в большом доме, – продолжил он рассказ, начатый ещё на улице. – А дом стоит в двухстах метрах от королевской резиденции, где я работал. Я дружу с принцессой штата Джайпур. Она прекрасная женщина… Мой лучший друг был её любовником, – поспешно добавил он, заметив, как ревниво блеснули глаза у Дарьи.

– Был? – переспросила Дарья. – А где же он теперь?

– Умер. – Жаль его, молодой ещё был, но заболел и умер два года тому назад. Друг работал у принцессы начальником охраны, и она поселила его у себя в покоях вместо мужа…
Дарья приняла это приглашение отправиться в путешествие из загадочного Египта в ещё более загадочную Индию, и стало уже совершенно неважно, насколько правдивыми были эти неспешные рассказы повара Аджая.
Он распаковал покупки, бросил в кастрюлю курицу и принялся чистить картошку.

Чтобы не сидеть без дела, Дарья налила в ведро воды и хотела помыть их обувь, но Аджай тут же остановил её:

– Оставь, не надо. Просто посиди здесь со мной рядом.

Дарья послушно отставила в сторону его туфли и села в кресло. Наблюдая за размеренными движениями индийца, она наслаждалась драгоценными минутами домашнего уюта и совсем перестала слушать, что он ей говорил.
«Вот я сегодня провела с ним целый день, – думала она, – и всё это время я находилась в состоянии какого-то необъяснимого безусловного счастья. Когда я с ним, то мой разум расслабляется и отдыхает. Впервые в жизни я ощущаю, что мне не нужно держать всё под контролем. И, пожалуй, это – главное, что может дать мне мужчина».
– А когда у тебя день рождения? – Спросила она, дождавшись паузы.
– Девятого марта.
«Почти как у моего отца, – снова подумала Дарья. – Вот почему мы так хорошо понимаем друг друга. Они родились под одним знаком зодиака. И характер у него папин».
–… А когда я уеду в Канаду, – продолжал тем временем Аджай, – то буду жить там безвыездно два года.
Эта фраза вернула Дарью к действительности, как будто ей в лицо плеснули холодной воды.
– Два года? – переспросила она.
– Слушай, – сказал Аджай, – я пытаюсь объяснить тебе это уже несколько месяцев, но ты же мне сама не даёшь. То у тебя настроения нет, то ты занята какими-то более важными делами. Можно я наконец-то хоть сейчас скажу? Так вот, если я легально устроюсь на работу и проживу в Канаде два года, то смогу получить канадский паспорт. А имея на руках чистый паспорт, мне не нужно будет разводиться. К тому же, через два года мой сын станет совершеннолетним. Я смогу накопить достаточно денег, чтобы определить его в канадский колледж, и заберу его к себе…
– А как же я? – невольно вырвался у Дарьи самый главный для неё вопрос.
– А ты тоже приедешь ко мне. Когда я стану свободен, мы поженимся, будем жить все вместе. Но надо подождать два года.
Далёкая, холодная Канада, паспорт через два года, который даст сомнительную свободу, чужой сын… Всё это слишком сложно было осознать в один момент, и Дарья очень сомневалась, что хотела для себя именно такое будущее.
– Мне надо подумать, – сказала она коронную фразу, которую мужчины склонны воспринимать как знак согласия.
– Тогда идём в душ, – заявил Аджай с довольной улыбкой. – Найдётся у тебя чистое полотенце?

Размышлять о будущем действительно было не время, и Дарья сделала ещё один – последний – шаг. Она поддалась этому зову сердца, и тело её, словно давно забытая скрипка, о которой вспомнил старый маэстро, вдруг снова ощутило себя таким желанным и востребованным…
…Они лежали на единственной в комнате кровати, накрывшись простынёй, а в окно барабанил дождь, стекая по стеклу обильными ручьями. Им было невероятно уютно согревать друг друга своим теплом и слушать эту музыку дождя, такую непривычную для города посреди пустыни, болтая о всяких мелочах, которые могут показаться значительными только двум влюблённым, только что познавшим радость общения наедине.
– А ты помнишь, как мы познакомились? – Спросила Дарья.
– Нет, не помню.
– Правда? А я помню. Вот во всяких романтических фильмах показывают, как большая любовь зарождается при каких-нибудь необыкновенных обстоятельствах… не то что у нас!
– А у нас разве всё обыкновенно? Ты посмотри: где Индия, а где Украина; мы говорим на разных языках, а английский для нас обоих – неродной язык; у нас разные культуры, традиции, религии, всё разное – а нам хорошо вдвоём, и мы понимаем друг друга даже без слов.
– Это да. Но никто из нас не ехал на велосипеде и не сбил с ног свою будущую любовь, чтобы та попала в больницу. А потом никто не ухаживал за ней, не приносил цветы и конфеты, пока наконец-то влюбился и решился на первый поцелуй!
– Мне нужно было получить ожог, чтобы растопить твоё сердце и добиться от тебя поцелуя, – заметил Аджай. – Так как же мы всё-таки познакомились? Или мы не знакомились, и знали друг друга всегда?
– К сожалению, дорогой, всё намного проще: мы познакомились в «Пицца-пабе»!
– Неужели в «Пицца-пабе»?
– Да, мы танцевали с тобой весь вечер до поздней ночи, и у меня из головы не шла только одна мысль: как же слаженно мы с ним танцуем! Как будто всю жизнь репетировали!
– Значит, мы действительно знали друг друга всю жизнь, просто не догадывались об этом. А «Пицца-паб» – самое лучшее заведение на свете!
И они снова забылись в сладких объятиях и ласках, не в силах оторваться друг от друга.
– А я курить бросил, – сказал вдруг Аджай. – Уже три дня не курю.
– Как здорово! А почему ты бросил?
– Потому что я знаю, что тебе это не нравится.
«Вот это и есть настоящая любовь», – подумала Дарья. А вслух добавила:
– Никогда не рассказывай Сафи, как мы провели эту ночь.
В ту ночь, которая, казалось, длилась целую вечность, счастье снова показало им одно из своих лиц. Правда, было оно уже не совсем полным, а слегка надломленным, как ущербная луна, заливавшая своим бледным светом их комнату через оконный проём. Ведь четверо верных друзей были уже не вместе, разделённые километрами расстояний и сотнями тайн друг от друга. Ахмед жил далеко, за тысячи километров от них, а Сафи ни в коем случае не должна была узнать, что на её месте в постели рядом с Дарьей лежал их общий друг, индиец Аджай.

Прочитано 4208 раз Последнее изменение Вторник, 13 июня 2017 17:28
Анастасия Осама

Две щепотки суетных мыслей...

"Алиса в стране чудес"


Спасибо, что читаете мой блог. Пожалуйста, возвращайтесь скорее, а я постараюсь порадовать Вас новыми записями!
 
Я, Анастасия Осама
Немного обо мне.


Египет стал моим домом много лет назад, я с удовольствием делюсь своим опытом жизни в этой солнечной стране.

Жду Ваши комментарии и предложения тем для статей. С радостью отвечу на Ваши вопросы.
 
 

Anastasia osama verh

Анастасия Осама

Резидент Египта с 2008 г.
Добавляйтесь в друзья и получайте анонсы статей!
    

Получать новые статьи Блога

 

Сегодня читали...

Замуж за египтянина. Советы и наставления.

"Добрый вечер. Я смотрю вы давно живете в Египте и так понимаю за мужем. У меня тоже намечается такое событие…

Египетские суеверия

У всех народов есть свои приметы, суеверия и свои небылицы. Над ними можно смеяться, верить или не верить, а можно…

Шокирующие факты о Египте

Кажется, мы все уже знаем про Египет. Ну Пирамиды там построили инопланетяне, конечно же. Ну, кошек величали богами и молились…

Кто тут?

Сейчас 47 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Билеты в Египет

Как приехать в Египет

Как приехать озорному холопу на берега египетские, коли царь да бояре не велят? Я научу. Записывайте.